|
монахов жить трудом своих рук. Он предписывал им даже трудиться для того, чтобы иметь возможность помогать бедным. Даже беглого взгляда на предисловия обоих Уставов, Нила и Корнилия, достаточно, чтобы заметить следы влияния учителя. Оно заметно и во всем, что касается монашеских добродетелей, послушания, помышления о смерти и т. д. Все зто сильно напоминает мысли Преп. Нила. Однако, это влияние, как бы ни было оно глубоко, — не единственное. Действительно, тот идеал, который предлагался Преп. Нилом, был трудно достижим для большинства русских монахов хотя бы уже вследствие своей чистоты и возвышенности. Так, лишь очень немногие понимали внутреннюю молитву, на которой настаивал Нил : обычной формой тогдашнего благочестия была внешняя молитва. Кроме того. Устав Преп. Нила был тесно связан с той особой формой монашеской жизни, которую он имел в виду: с жизнью вдвоем или втроем в скиту. Для киновийского общежития монахов со средними духовными качествами требовался менее утонченный устав, более приспособленный к их образовательному и духовному уровню. Таковым был Устав Иосифа Волоколамского. От его молодости, проведенной в монастыре Преп. Кирилла, у Корнилия сохранилось особое уважение к принципам общежительного монашества. Ему были чужды крайности некоторых последователей Прсп. Нила, которые, явно злоупотребляя монашеским идеалом, отвергали самые основы общежития. Не приходится удивляться тому, что Корнилий, составляя свой Устав, черпал не только у Прети Нила, но и в общежительном Уставе Иосифа.
У Иосифа он заимствовал целый ряд предписаний — одиннадцать глав, — регулирующих жизнь в монастыре. „ Можно было бы говорить об эклектизме его направления, если бы житие его не давало образ большой цельности и самобытности... Кажется, что в своем стремлении соединить духовный идеал Нила с социальным — Иосифа, Корнилий возвращается к далекому образу Преп. Кирилла, восстанавливая цельность его служения, но обогащенную в двойном опыте позднейшего ки-новитства и скитничества " (1). Чтобы применить на деле этот идеал, Корнилий, при всем своем милосердии, проявляет немалую твердость, тем более, что, по свидетельству его жития, монахи его далеко не были образцами выдержки и старательности. Однажды, когда пекарь испек хлебы без благословения
(1) Г.П. Федотов, стр. 196 и 198.
229
Предыдущая страница | Страница 9 из 14 | Следующая страница
| 
