|
„ Как ни смутны для нас образы северных подвижников ХУ1 века, но некоторые общие наблюдения уже напрашиваются. Мы видим соединение черт благочестия Иосифа и Нила, при котором однако спираются резкие выдающиеся черты : суровость Иосифа и умная молитва Нила. Умеренная уставная строгость и братская любовь возвращают последних древних русских святых к исходной точке : к Белозерской обители Кирилла. Именно Кирилл, а не Преп. Сергий (разница в градации смирения и'строгости) отпечатлевается всего отчетливее в северных русских киновитах. Но после мистического углубления заветов Преп. Сергия, возвращение к Преп. Кириллу невольно вызывает мысль о некоторой исчерпанности духовных сил. ХУ1 век в русской Церкви уступает XV-му, бесспорно, В1 том, что составляет сердце церковной жизни — в явлении святости.
,, Тем, кому эта оценка покажется субъективной и неубедительной, предлагаем другой критерий — статистический, как ни странным кажется его применение к духовной жизни. Нельзя обнять в числах реально действующую в мире святость, но можно учесть церковную канонизацию святости. А между этими величинами, как ни как, существует соответствие. В после-макарьевскую эпоху (до XVIII века) канонизационная политика русских иерархов не изменилась : канонизировали часто и охотно. И вот, следя за списками канонизированных святых ХУ1 и ХУИ веков, мы воочию наблюдаем „ утечку " святости. Возьмем хотя бы списки Голубинского. Берем в этих списках только имена преподобных (монахов), и в соответствующие периоды времени помещаем годы канонизации. Тог1да на первую половину ХУ1 века падает 22 святых, на вторую — 8; на первую половину XVII-ro II; на вторую — 2. В XVII веке убыль идет резко и равномерно. По четвертям ХУН-го века цифры дают : 7, 4, 2, 0. Нуль святости в последнюю четверть ХУН-го века (юность Петра) говорит об омертвении русской души. На заре своего бытия древняя Русь предпочла путь святости.пути культуры. В последний свой век она горделиво утверждала себя, как святую, как единственно христианскую землю. Но живая святость ее покинула. Петр разрушил лишь обветшалую оболочку Святой Руси. Оттого его надругательство над этой старой Русью встретило ничтожное духовное сопротивление" (1).
Русская духовность казалась потухшей навсегда; ее душа — святость — отлетела. К счастью, эта смерть была только кажу-
(1) Г. П. Федотов, ук. соч., стр. 198-204.
234
щейся. Огонь продолжал тлеть под пеплом, в самой глубине, под иссохшей почвой продолжала действовать благодать. Именно императорской эпохе, внешне как будто так мало благоприятной для возрождения древней религиозности, предстояло вызвать к новой жизни русскую дуковность и, следовательно, русскую святость.
На самом рубеже нового времени, Паисий Величковский (1722-1794), ученик Афонских монахов, нашел произведения Преп. Нила Сорского и завещал их Оптиной пустыни. В кротком образе Святого Тихона Задонского (1724-1783) сохранились черты Радонежского основоположника. В XIX веке, два духовных очага зажигаются в России, согревая своим огнем замерзшую русскую духовную жизнь : Оптина и Саров. Ангельский образ Преп. Серафима (1759 - 1832) вместе со старцами Оптиной пустыни вернет России золотой век ее святости.
Библиография :
Н. Булгаков „'Преп. Иосиф Волоколамский ", СПБ. 1865. — Шевырев „История Русской Словесности", лекции 19 и 20, Москва I860. — Г. П. Федотов „Святые Древней Руси", Париж 1931. — В. Жмакин „Митр, Даниил и его сочинения" („Чтения" 1881, 1-2). — Ero-же, статья „Иосиф Волоколамский" в Биографическом словаре, СПБ. 1897. — Проф. Казанцев „ Препод. Иосиф Волоколамский" и „ Писания Иосифа Волоколамского" в „Прибавления к изд. творений Св. Отцов", Москва 1858, кн. V. „Православный Собеседник", 1859, стр. III. — Иосиф Санин „Просветитель". — Е. Behr-Sigel «Nil Sor»kij et Joseph de Volokolamsk» (« lreni-kon», T. XIV, 1937).
235
Предыдущая страница | Страница 14 из 14 | Вернуться на первую страницу
|
