|
а в январе 1847 книга уже вышла из печати. Последовали другие издания. Так были напечатаны: „Устав" Нила Сорского, писания прел. Варсануфия и Иоанна, преп. Исаака Сирина, Двенадцать Слов Симеона Нового Богослова, „ Оглашения " св. Фе-одора Студита, Толкование на молитву „ Отче наш " преп. Максима Исповедника и проч.
Работа старца Макария заключалась в подготовлении к печати славянских переводов, или снабжая их пояснительными примечаниями, или же переводя их на русский язык. Перегруженный и без того, он принялся за эту деятельность с изумительным рвением. Он жертвовал для нее своим кратким отдыхом и, не отказываясь от обычных трудов своих, руководил группой сотрудников., которые кроме греческого языка и латыни, были сведущи в богословии и получили университетское образование. Мы здесь встречаем имена Амвросия Гренкова (будущего знаменитого старца), о. Леонида Кавелина (впоследствии наместника Троице-Сергиевай Лавры), о. Ювеналия Половцева (впоследствии Архиепископа Литовского) и других.
Эта новая деятельность, кроме непосредственной цели — распространения среди русского народа святоотеческих духовных ценностей — имела последствием то, что ученый русский мир обратил внимание на Оптину Пустынь. Литературные и ученые занятия помогли воспитать у монахов вкус, мышление и речь, что позволило людям с высшим образованием войти В' сношения с монахами, без боязни быть непонятыми или непринятыми. Они находили в Оптине знакомую культурную почву, познавая жизнь и нравы монашества, которые будучи в течение восьми веков единственным образцом духовной деятельности, просвещали русский народ и были его идеалом и светочем. Действительно, для Киевской, как и для Московской Руси, монастырь являлся академией и парламентом. Там и только там обсуждались национальные и гражданские вопросы, там вершился суд каждому царствованию; там зарождались надежды будущего и хранилась память прошлого; наконец, там получали образование, зачастую устное, но также, более редко, письменное.
Все это, позабытое с XVIII века, возобновилось в иной форме, в общении с Оптинскими монахами. Кроме братьев Киреевских, мы встречаем там Николая Гоголя, и, позднее, в середине XIX века, Владимира Соловьева, Константина Леонтьева, Достоевского, поэта К. Р. (вел. князя Константина), пр. Алексея и Льва Толстых. Лев Толстой был там три раза, в последний раз за несколько дней до смерти, в очень тяжелый период его жизни.
374
Страница 1 из 10 | Следующая страница
| 
