|
же муж ее находился на царской службе, иногда года по три, Юлиания все ночи проводила без сна, молясь и работая ". Дело в том, что не имея права сама распоряжаться семейным добром, она могла помогать бедным только тем, что зарабатывала собственным трудом своих рук. Отвечая за все хозяйство и за слуг, она должна была и их кормить и одевать и вместе с тем назначать им работу. Но услуг лично для себя она от них не принимала. Она не позволяла ни одевать себя, ни разувать, ни подавать воды для умывания. Вдовам и сиротам она служила своими руками, сама мыла их, а также и больных, в особенности заразных, тех, к которым никто не хотел прикасаться. Все это Юлиания делала тайно, боясь, как-бы об этом не узнали родители мужа.
Были целые семьи, которых Юлиания кормила и одевала трудом своих рук. Свою благотворительную деятельность она тщательно скрывала : целыми ночами шила или вышивала, чтобы заработать нужные деньги. „ Лишь одна малолетняя служанка, разносившая работу своей госпожи, знала, на какие деньги покупала Юлиания все необходимое для бедных и больных "'. Человеческое страдание Юлиания не могла видеть без содрогания; помогать страждущим стало настоящей потребностью ее сердца. Ее усилиям не было предела, когда, при Иване Грозном, наступил голод. Денег ей не хватало, чтобы помогать всем, и тогда Юлиания придумала хитрость. Она стала просить свою свекровь давать ей полдник и завтрак, от которых раньше всегда отказывалась. Та по доброте своей очень обрадовалась, так-как раньше всегда огорчалась тем, что невестка ее слишком мало ест.
Автор жизнеописания Юлиания передает красочный разговор, происшедший по этому поводу между его матерью и бабушкой : „ О невестка, веда буди, яко аз радуюсь о твоем частом ядении, но дивлюся, како нрав твой пременися,'*егда хлеба обилие бе, тогда не могох тя к раннему и полуденному ядению принудити, а ныне в мире оскудение пищи, и ты раннее и полуденное ядение вземлеши ". А Юлиания на это ответила : „ Егда не родих детей, не хотяще ми ся ясти, а егда начах родити дети, тогда обессилех и не могу наестися пища. Не точию в день, но и в нощь множицею хотяше ми ся ясти и срамлюся у тебе просити пищи ". Повидимому, свекровь полностью удовлетворилась этим ответом и Юлиания стала получать двойную порцию еды, — что и позволяло ей кормить не одного голодающего.
259
Предыдущая страница | Страница 9 из 13 | Следующая страница
| 
