Преп. Авраамий Смоленский. Стр. 6

ния богумильской литературы. В средние века богумильство (остатки древнего манихейства) имело огромное распространение в югославянских странах : Болгарии, Сербии, Боснии. Со славянского юго Русь взяла почти всю свою церковную литературу : не могла она не заимствовать и еретической, как об этом свидетельствуют еретические мотивы в произведениях народной поэзии : сказаниях, легендах и духовных стихах (1). Против Св. Авраамия бь<ло выдвинуто весьма конкретное обвинение, — с какой долей доказательности, мы не знаем. В житии его, конечно, нет следов манихейства, ибо нельзя считать за манихейство суровый, миробтрешенный аскетизм. Если Авраамий читал богумильские книги, то по добросовестному заблуждению, как и большинство православных русских их читателей. В преданности его Церкви не может быть сомнений. Но, может быть, св. Ефрем прав был в оценке гонителей своего духовного отца и перед нами первая в русской истории картина столкновения свободной богословской мысли с обскурантизмом невежественной, хотя и облеченной саном толпы.

Богословская культура Авраамия находит свое объяснение в культурном расцвете Смоленска в ту эпоху. Но направление его интересов было иное. И в этом направлении он предуказывает одно из основных религиозных призваний Руси. Незадачливая в богословии, скоро позабывшая греческую выучку, древняя Русь из всех богословских тем облюбовала себе одну : эсхатологическую. Уточняя сокровенное содержание его науки, мы получаем право сказать, что св. Авраамий был страстотерпцем православного гнозиса. " (2)

Что сказать о других русских святых домонгольского периода ? Они не представляют заслуживающих внимания новых духовных черт; некоторые из них шли по стопам Преп. Антония и святых аскетов Печерской лавры. Другие — большинство — являются духовными учениками Преп. Феодосия, так же, как он, принимая участие в социальной жизни, так же, как он, становясь излюбленными духовниками мирян. Здесь доста-

(1) Может-быть под „голубиными книгами" следует понимать произведения, считавшиеся написанными по особому вдохновению Святого Духа, — своего рода духовное Евангелие. „ Голубь", как обычный символ Святого Духа, может на это указывать.
(2) Г. П. Федотов „ Святые древней Руси, стр. 67-76.

59

точно назвать несколько имен: Авраамий Ростовский, основавший монастырь в Ростове; Антоний Римлянин; Никита Переяславский,

затворившийся в башне, откуда его прозвище „ столпник "; Варлаам Хутынский, живший в Новгороде и умерший в 1192 г. Этот последний происходил из боярского рода Радши, давшего начало родам Бутурлиных, Пушкиных и Кологривовых. Постоянный труд в сочетании с постом составляет характерную черту его жизни. „ Варлаам не был ни первым строителем монастырским в Новгороде, ни первым новгородским святым. Но его посмертное почитание было так же велико в новгородской земле, как св. Сергия Радонежского на Москве. С именем национального новгородского заступника связано много легенд, записанных в XV веке, в эпоху борьбы Новгорода с Москвой " (Федотов, стр. 66).

60