Женская Святость. Стр. 4

культ. Надо ли говорить, что все это довольно смутно, и что все эти пять святых Ничего не дают по интересующим нас вопросам ?

К сожалению, то же самое нужно сказать и о всех русских женщинах, не канонизированых, но пользующихся религиозным почитанием, за одним единственным ■исключением — Юлиании Лазаревской, о которой (речь будет ниже. Среди всех остальных, ни одна не отличается определенными духовными чертами, ни одна не была мученицей за веру, ни одна не прославилась христианской проповедью (за исключением варяжской княгини Ольги-Хельги), ни одна не была подвижницей в настоящем смысле этого слова. Так-как русские женские монастыри служили главным образом местом убежища и приютом для вдов'И не вышедших замуж девушек (преимущественно из боярской среды), в них нигде не обнаруживается героической жертвенности, религиозной инициативы или внутренней духовности." Ничего похожего на Екатерину Сиенскую, на Терезу Авильекую или на Елисавету Венгерскую в летописях русской религиозной жизни нет. А трудно себе представить, чтобы такие личности были в действительности и не привлекли бы внимания и остались неизвестными. По мнению проф. В. Чижа (1), это и есть даже причина, почему народное благочестие, за неимением женских святых подобных западным, сочло достойным культа тех женщин, которые особо вызывали симпатию своей трагической судьбой и тяжелой жизнью : почитание, им воздававшееся, давало некоторый выход иначе неудовлетворенной потребности благочестивого преклонения.

Если это так, то это подтверждает, доказательством от противного, ту характерную черту русской духовности, которая видит святость не только в героическом осуществлении добродетелей, но и в страдании как таковом. С этой точки зрения, даже самый обыкновенный христианин может^ через незаслуженное страдание, очиститься от своих грехов'и получить венец святости, т. е. достичь высшего совершенства, какое доступно человеческому существу. Страдание в жизни доказывает, что жизнь плодотворна — так можно было бы в самой сжатой форме выразить это представление, которым дорожит русский народ.

Таким образом, различны пути, ведущие к святости. Это может быть мученичество, или подвижническая жизнь, или жизнь в добровольных страданиях (путь юродства), или в

(1) „Психология наших праведников", Москва 1906, стр. 282 и д.

254