|
в ясность, сделал их сознательными и построил из них цельную систему. То же нужно сказать и о Преп. Иосифе Волоколамском. Его личность, во многих отношениях действительно замечательная, воссоздает вокруг себя многие из тех представлений и идей, которыми жила древнерусская мысль, а вслед за тем — одну частную очень замкнутую тенденцию в области русской духовной и общественной жизни. Чтобы в этом убедиться, достаточно прочесть жизнеописание его учителя, Пафнутия Боровского.
„ Преп. Пафнутий Боровский (f 1477) был учеником боров-ского игумена Никиты, ученика Преп. Сергия. Так и эта генеалогическая линия московских святых восходит к великому радонежскому старцу. Пафнутий основал свой монастырь в двух верстах от города, и трудовой, хозяйственный уклад жизни — наиболее бросающаяся в глаза черта его. Сказание о кончине Пафнутия, составленное любимым учеником его Иннокентием, начинается с того, как старец позвал его к пруду, на прорванную плотину, и „ начат мя учити, как заградити путь воде ". Аскеза Преп. Пафнутия не отличается чрезмерной суровостью, но он строг в соблюдении устава, особенного церковного правила и благочиния. Ученикам своим он внушает благоговейный страх. В дни его предсмертной болезни они с робостью приближаются к нему и он отвечает суровым словом или молчанием на их вопросы. Его чудеса имеют почти все карательный смысл. Но раза два в житии отмечается улыбка его, смягчающая строгость его бесед. Блюститель канонов, Пафнутий не желает 'признавать митроп. Иону, избранного без утверждения греческого патриарха, за что подвергается строгому наказанию. Пафнутий суров и к мирянам, перед смертью отказывается принимать и письма и дары князей и бояр. Но он внушает им такое уважение, что дары шедро текут в его обитель. Богатство его монастыря было таково, что князья и бояре удивлялись и восхищались административными способностями игумена. Сам великий князь так его уважал и почитал, что Пафнутий после своей смерти стал как бы „ семейным святым" московских государей. Иван Грозный считался рожденным по молитвам святого Пафнутия и сам называл имя преподобного в ряду .величайших московских святых — Сергия и Кирилла. Сам Пафнутий любит московский княжеский дом, хранит в памяти предания о московской старине, о добродетелях Калиты и делится ими в кругу своих учеников. Портрет Иосифа Волоцкого уже намечен здесь во всех основных чертах.
„ Жизнь Иосифа Волоцкого известна нам лучше, нежели любого из русских святых. Ученики составили три обширных его
197
Предыдущая страница | Страница 4 из 27 | Следующая страница
| 
