|
страшными. Так случилось с тем же Мантуровым, богатым помещиком, которого он исцелил : когда тот спросил, как ему благодарить Бога за своё исцеление, Серафим потребовал от него добровольного принятия бедности. Испросив благословение старца, Мантуров повиновался беспрекословно. Другой раз Серафим призвал к себе сестру того же Мантурава, Елену, и открыл ей, что ее брат болен и должен умереть; но так-как он еще не завершил всего дела, которое было ему предначертано на земле, то вместо него из „ послушания " умереть следует ей. Девушка приняла от „ батюшки Серафима " благословение на эту жертву и умерла святою смертью через несколько дней. v
Молитва — великое средство соединиться с Богом, сильнее поста и всех прочих аскетических упражнений. Преп. Серафим ставил ее превыше всего. Он составил молитвенное, правило для мирян. Будучи сам мистиком, т. е. наделенным в очень высокой степени даром внутренней молитвы, он утверждал, что молитвою все имеют возможность .приобретать дар Святого Духа, ибо „ велика сила молитвы, она более всего приносит Духа Божиего... Она как бы всегда в руках наших, как орудие для стяжения благодати Духа ". Молитва есть путь ведущий к Господу... Если имя Божие всегда у нас на устах, — мы будем спасены... Молитва есть победа непобедимая.
Одному из друзей и учеников Преп. Серафима, Иоанну Тихонову, дано было присутствовать при одном из случаев преображения святого силою молитвы. „ Вот я тебе скажу об убогом Серафиме, — сказал старец : некогда, читая в Евангслеии от Иоанна слова Спасителя, что в дому Отца Моего Его обители многи суть, я убогий возжелал видеть сии небесные жилища. И Господь действительно по великой Своей милости не лишил меня утешения по вере моей, и показал мне сии вечные кровы, в которых я, бедный странник земной, минутно туда восхищенный (в теле или бестелесно, не знаю), видел неисповедимую красоту небесную ". Отец Серафим замолчал. В это время он склонился несколько вперед, голова его с закрытыми очами поникла долу, и простертою дланью правой руки он одинаково тихо водил против сердца. Лицо его постепенно изменялось и издавало чудный свет, и наконец до того просветилось, что невозможно было смотреть на него; на устах же и во всем выражении его была такая радость и восторг небесный, что по истине можно было назвать его в это время земным ангелом и небесным человеком. Во все время таинственного своего молчания, он как-будто что-то созерцал с умиленьем и слушал что-то с изумлением... После довольно продолжительного молчания, снова заговорил о. Сера-
397
Предыдущая страница | Страница 13 из 22 | Следующая страница
| 
