|
норского от тех, которые можно найти в жизнеописаниях других святых. Павел учит свою братию побеждать искушения и ничуть не бояться необходимого труда. По его словам, Господь тогда посылает помощь и силы для еще больших трудов. Необходимо, чтобы монахи жили от трудов своих рук и могли бы этим трудом помогать бедным. Что касается молитвы, то в одном наставлении послушникам, принадлежащим если не ему самому, то во всяком случае его школе, мы находим впервые указание на так 'называемую молитву Иисусову (Господи Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй мя грешного). Говорится, что ее следует читать, перебирая монашеские четки. Тут приходится вспомнить исихастскую духовность. Был ли Павел иси-хастом ? За неимением доказательств, это трудно сказать. Встречающиеся в его житии отдельные выражения, относящиеся к созерцанию и к сосредоточению, могут быть и обманчивыми. Не следует забывать, что его биография была написана только в XVI веке, с исихастской терминологией, введенной Нилом Сорским. Ясно то, что Павел был исихастом в том смысле, что разделял бы богословские воззрения Григория Паламы и приемы молитвы, пользовавшиеся в то время особым успехом на Афоне. Но вряд ли можно сомневаться в том, что на нем сказалось влияние его духовника и соседа по отшельничеству, Сергия Нуромского.
Этот последний был на Афоне, где и принял постриг. Идя с Афона, он и явился однажды к Преп. Сергию Радонежскому, у которого пробыл некоторое время, завоевав своими добродетелями расположение своего нового учителя. Мы не знаем ничего определенного ни о его происхождении, ни о причинах, побудивших его покинуть Святую Гору и пуститься в путь, который привел его в Подмосковье. Возможно, что он бежал от смут, происходивших тогда в Афонских монастырях в связи с паламитскими спорами (1). Был ли он сторонником паламит-ских учений ? Был ли он исихастом ? Мы склонны это допустить, принимая во внимание первую монашескую подготовку, полученную им на Афоне, и тенденции, обнаруживающиеся в его духовности. Ее особый характер и побудил его покинуть Троицкую лавру и в свою очередь уйти в северные леса, в поисках одиночества. Там он встретился с блаженным Павлом Обнорским, 'поселившимся поблизости. Обоих отшельников связала духовная дружба : они навещали друг друга, друг другу
(1) См. Ф. Успенский „ Очерки по истории византийской образованности", стр. 309-371.
130
Предыдущая страница | Страница 12 из 18 | Следующая страница
| 
