|
щеннослужителям тоже необходимы средства на жизнь. Монастырские владения ничуть не мешают монахам спасаться. Спасались же прежде, значит, можно спасаться и теперь. Монастыри готовят Церкви будущих архипастырей. „ Аще у монастырей сел не будет, как честному и благородному человеку постричься ? И аще не будет честных старцев, отколе взяти на митрополию и на архиепископа или епископа или на всякая честная власть ? А коли не будет честных старцев и благородных, ино вере будет поколебание ". „ Кроме того, ктиторы монастырей, обогащая их этими вкладами, имели в виду и то, чтобы монахи, терпя скудность, употребляли богатства монастырей на благотоворение мирянам". Без владений, монастыри не смогут достигать своих целей.
Под напором этих доводов, взгляды Преп. Нила потерпели поражение. Он тщетно отстаивал свою точку зрения о том, какою должна быть монастырская милостыня, а именно : по его убеждению, она должна быть духовной, должна состоять не из куска хлеба, а из учения, моральной и духовной помощи и руководства, почему и сам монастырь должен быть средоточием религиозной и нравственной жизни народа. Вопрос, поднятый Нилом, не получил того решения, которого .он добивался. Но его мысли не пропали. Они стали предметом ожесточенной полемики, которая началась сразу же после Собора и продолжалась всю первую половину XVI века. Последствия этой распри оказались очень тяжелыми для всей дальнейшей истории русской духовности : дело в том, что расхождение, на первый взгляд касавшееся только вопроса о монастырской собственности, в действительности было гораздо глубже. Гораздо более глубокими были и причины конфликта. На деле борьба шла за самые основы и цели христианской жизни и христианского действия. Столкнулись две религиозные идеи, две религиозные направленности, две религиозные истины : правда общественного служения Церкви и правда Царства Небесного внутри человека, мистического единения-его души с Богом. По ту сторону драматических внешних эпизодов разыгрывалась подлинная духовная драма.
Преп. Нил увидал только начало борьбы, к которой он дал толчок. Он умер в 1508 г., 75 лет от роду. Перед смертью он написал для своих учеников завещание, полностью соответствующее его характеру : „ Повергните тело мое в пустыни — да изъедят его зверие и птица; понеже согрешило есть к Богу много и недостойно погребения. Молю же всех, да помолятся о душе моей грешной, и прощения прошу от вас, и от мене про-
178
Предыдущая страница | Страница 12 из 26 | Следующая страница
| 
