Психологические основы. Стр. 5

неотъемлемою составною частью. История русского народа — история очень тяжелая, очень мучительная, очень кровавая. Как писал Некрасов :

„ Волга I Волга !... Весной многоводной Ты не так заливаешь поля, Как великою скорбью народной Переполнилась наша земля ".

Русский человек самой природой приучен к страданию. Христианство лишь возвысило эту привычку — или это качество — тем, что показало ему будущее блаженство как дивное преображение страдания. Крест неотделим от славы. Это — две стороны одной и той же медали. Пасхального духа не может быть без духа Голгофского. Даже еще больше — тот вытекает из этого. „ Русский народ — один ив тех немногих- народов, которые любят сущность христианства, крест ", -— писал французский историк Леруа-Болье : „ он не разучился ценить страдание; он воспринимает его положительную силу, чувствует действенность искупления и умеет вкушать его терпкую сладость ". Действительно, русский человек уважает страдание как таковое, независимо от тех или иных положительных качеств, которые могут его сопровождать, — уважает потому, что всякое страдание есть участие в страстях и в смерти воплощенного Слова, „ запечатлевшего — как учил Св. Ириней — Свой крест на всех и на всем ". Он принимает страдание потому, что за всяким страданием стоит единственная жертва, принесенная Сыном Божиим, ставшим Человеком (и уже ясно, что моиофивит-ство тут не при чем). Страдание таким образом становится великим благом само тю себе, оно само по себе ведет к сокровищнице благодати. Когда человек страдает и „ несет свой крест ", врата Рая тем самым открываются перед ним. Когда он полностью принимает солидарность всего человечества, как в вине, так и в вытекающем из вины страдании, он тем самым преодолевает то и другое и готовит путь для такого же общего воскресения и излияния благодати на всех.

Следует еще подчеркнуть, что речь тут идет не столько о так называемом юридическом искуплении, сколько о проникновенном, страждущем, органическом, сущностном участии в страждущей и вместе с тем неиссякаемо изобильной жизни Христа.

С идеей преображения всего творения в русском религиозном сознании связана идея всеобщего спасения. Это и не удивительно : преображение, „ новая земля и новое небо " и спасение — это все то же самое. Это все — одна и та же идея, только рассматриваемая с разных сторон. Русская религиозная совесть никогда не удовлетворялась зрелищем личного спасения одной индивидуальной души, она всегда была озабочена общим спасением. Все души связаны между собою и ни одна не приходит к Богу без того, чтобы не увлечь за собою других. Следовательно, спасаться

11