Преподобный Феодосии Печерекий и его лавра. Стр. 5

„страстотерпцев"), и Нестор, хотя и называет себя „грубым и неразумничным ", в совершенстве усвоил эту традицию. Работы Шахматова и Абрамовича исчерпывающе выяснили вопрос о его источниках. Мы знаем приемы его работы, знаем, что он прибегал к дословным выпискам, иногда довольно длинным, из греческих житий, известных ему в славянских переводах. Однако лишь в самых редких случаях мы имеем •основание предположить искажающее влияние литературных источников на биографическую основу жития. Быть-может, всего в двух случаях. Пророческое наречение имени Феодосия („ данный Богом ") пресвитером при его рождении, вероятно, внушено подобным же рассказом из жизни св. Евфимия (имя „ Феодосии ", скорее всего, есть второе, монашеское имя святого, нареченное Антонием). Вся картина прихода юного Феодосия в пещеру к Антонию, первоначальный отказ Антония принять его и пророческое истолкование слов Антония списаны дословно из жития св. Саввы Освященного...

„ Среди греческих житий, влияние которых сказывается на труде Нестора, отмечались жития св. Антония, Иоанна Златоуста, Феодора Эдесского, Феодора Студита... Но больше всего использовались жития палестинских святых... Палестинское монашество было нашей школой спасения, той веткой восточного монашеского древа, от которой отделилась русская отрасль. Подражали на Руси не Антонию, а Савве ". По сравнению с египетскими отцами, „ палестинцы гораздо скромнее, менее примечательны внешне. Зато они обладают тем даром, в котором, по одному изречению Антония Великого, состоит первая добродетель подвижника : рассудительностью, понимаемою, как чувство меры, как духовный такт. Палестинцы не изобретают и не применяют искусственных упражнений для умерщвления тела. Их аскеза состоит в воздержании — пост, лишение сна — и телесном труде. Их жизнь разделена между одинокой молитвой (в келье, в пустыне во время поста) и духовными благами общежития : общая литургическая молитва и трапеза соединяют братьев в воскресенье. Палестинцы находят время и для служения миру. Св. Евфимий обращает в христианство целое арабское племя, св. Савва устраивает ряд больниц и страноприимных домов. Оба они участвуют в церковной борьбе своей эпохи, выступая против ересей и в городе и в императорском дворце. Их идеал, при всей его строгости, шире и доступнее. В нем нет ничего сверхчеловеческого, хотя именно из жития св. Саввы Русь взяла свою любимую характеристику святого : „ земной ангел и небесный человек ".

„ Этот-то идеал для подражания поставила себе святая Русь,

33